Друзей просто выдавили

«Друзей просто выдавили»

Сергей Никитин

Александра Львовна Толстая в последние годы пребывания в Советском Союзе довольно много общалась с квакерами. Она помогала Друзьям, когда они пытались договориться с Наркомздравом о сотрудничестве: после того, как голод был побеждён, квакеры решили принять посильное участие в деле восстановления здравоохранения в СССР. Один из проектов такого сотрудничества — открытие школы медсестёр в яснополянской больнице, которая спешно строилась к столетнему юбилею Льва Николаевича — неподалёку от его имения. Квакеры надеялись, что двое их сотрудниц — Алис Дэвис и Надежда Викторовна Данилевская — смогут работать там медсёстрами, что приедет американка Анна Хейнс, которая будет в Ясной Поляне делиться опытом американского сестринского дела.

Изначально реакция наркома Н. А. Семашко была очень положительной. У него были хорошие отношения с квакерами ещё с начала 1920-х, ведь даже ерничающий Ленин писал ему тогда записочки: «Милая моя Семашко! Не капризничай, душечка! Квакеров оставим за Вами, только за Вами». Кроме того, большевики относились к квакерам хорошо в значительной степени ещё и потому, что те не лезли в политику, были осторожны, да и могли способствовать признанию Советской России такими гигантами, как Британия и США. Британия признала, но Америка не торопилась. Даже АРА не помогла — Вашингтон не спешил.

Вскоре после толстовского юбилея 1928 года Александра Львовна Толстая смогла уехать в Японию, откуда возвращаться в страну «победившего пролетариата» не пожелала. Она переехала в США.

Квакеры оставались в Москве до 1931 года, — последние сотрудники Центра Друзей покинули страну беспрепятственно. Ни один из их проектов большевики не разрешили, Друзей просто выдавили, не продлив аренду дома 15 в Борисоглебском переулке.

Однако следует заметить, что и в Лондоне, и в Филадельфии — в тамошних квакерских центрах — по-прежнему были люди, которых Кремль любил называть «друзья Советского Союза». Наивные и доверчивые, верившие большевистской пропаганде, они едва ли прислушивались к жёсткой критике коммунистов со стороны последних квакерских сотрудников: Дорис Уайт, Алис Дэвис и Надежды Викторовны Данилевской. Кларенс Пикетт, глава Американского квакерского комитета AFSC, единожды совершивший визит в СССР в 1930 году, был одним из очарованных большевизмом квакеров.

Когда США двигались к тому, чтобы признать на официальном уровне Советский Союз, Александра Львовна, стала бить в набат. Она была разочарована отсутствием организованного протеста со стороны русской эмиграции в США. И она надеялась, что люди будут руководствуются логикой, не могла поверить в то, что люди слышат только то, что им хочется услышать. Толстая писала и говорила всем тем, кто, по её мнению, имел влияние и вес. Она написала и квакерам, лично Кларенсу Пикетту, умоляя Друзей протестовать против зверств большевиков, против признания советской власти Америкой.

Пикетт ответил ей, что американские квакеры «глубоко проникнуты значительностью дела, которое вы представляете», он пригласил Александру Львовну на встречу с квакерами. Она вспоминала: «На этом собрании в Филадельфии было человек 30. Сначала, по обычаю квакеров, все склонили головы в молчаливой молитве. Вероятно, я молилась, потому что когда я встала и заговорила о страданиях русского народа, о голоде, ссылках, расстрелах, то говорила не я, а кто–то во мне. Я почти физически ощущала, переживала страдания своего народа. Я говорила минут двадцать и под конец так разволновалась, что перехватило дыхание и говорить я больше не могла»…

Реакцией на крик души Александры Толстой было письмо от Кларенса Пикетта, в котором он, в частности, сообщал: «Я, конечно, полностью возражаю против тех преследований, которым теперешнее правительство подвергает как вашу, так и другие религиозные группы в России. Однако в настоящее время протест на этой почве будет на руку самым реакционным и консервативным группировкам нашей страны… Наша группа в своем большинстве поддерживает признание правительства России — не потому, что она сочувствует тому, что оно делает, а потому, что это установившееся правительство, и потому ещё, что нельзя влиять на правительство, которое мы не признаем. Мне лично кажется, что в данное время целесообразнее было бы содействовать признанию советского правительства, с тем чтобы затем иметь возможность официально и неофициально протестовать против его действий, когда мы им не сочувствуем».

Александра Львовна была разочарована, если сказать мягко: «Я не смею говорить, что вы «безумец», но думаю, что вы и ваши друзья жестоко ошибаетесь. Не потому, что вы «безумны», а потому, что вы не знаете… Как я жалею, что моего отца нет в живых! Может быть, люди прислушались бы к его голосу, и он сумел бы объяснить им, что, как в прошлом инквизиторы прикрывались именем Христа, так советские убийцы прикрываются увлекающей идеей социализма»!

Надежда Викторовна Данилевская, работавшая в квакерской миссии последние годы её присутствия в России, и, к счастью, добившаяся разрешения на выезд в США, тоже тогда написала Пикетту: «Я думаю, что Друзья должны пытаться помочь только страдающим русским, но не становиться «Друзьями Советской России», друзьями этой власти»… Надежда Викторовна — чьего мужа и сына расстреляли большевики — вышла из советской тюрьмы в 1922 году в рубище, с подошвами бот, привязанных к её ногам обрывками бечёвки, и она знала, что говорила…

Краткая биография Александры Львовны Толстой (1884-1979):
1884, 18 июня. — Родилась в усадьбе Ясная Поляна Тульской губернии. Отец – граф Л.Н. Толстой (1828–1910). Мать – Софья Андреевна Толстая (урожденная Берс, 1844–1919). Домашнее образование под руководством лучших педагогов.
1901. — Сближение с отцом: беседы с ним, перепечатка на машинке его рукописей. Создание амбулатории в Ясной Поляне, лечение больных, преподавание в местной школе.
1910, 7 ноября. — Смерть отца. Получение по завещанию всех прав на произведения Л.Н. Толстого.
1911. — Подготовка к печати совместно с В.Г. Чертковым трехтомного издания «Посмертные художественные произведения Л.Н. Толстого».
1914. — Начало первой мировой войны. Поступление на курсы сестер милосердия. Работа сестрой милосердия на фронте. Организация летучих санитарных отрядов и школ-столовых для детей беженцев. Получение трех Георгиевских крестов за личное мужество и верность милосердию.
1917. — Возвращение в Ясную Поляну. Создание и руководство «Обществом изучения и распространения творений Л.Н. Толстого» с целью подготовки первого полного собрания сочинений Л.Н. Толстого.
1919. — Предоставление своей московской квартиры для собраний членам подпольной политической организации «Тактический центр».
1920, март. — Возвращение в Москву из Ясной Поляны. Обыск. Арест. Лубянская тюрьма. Допросы. Следователь Я.С. Агранов. Общая камера. Быт и занятия в тюрьме. Сокамерница Петровская –«наседка». Спровоцированная следователями «тайная» переписка с заключенными из соседней камеры. Выход в город в баню. Празднование Пасхи в камере.
1920, май. — Временное освобождение до заседания суда. Ознакомление с делом. Суд под председательством прокурора Н.В. Крыленко. Выступление Л.Д. Троцкого в защиту одного из обвиняемых по делу «Тактического центра».
1920, август. — Приговор Верховного революционного трибунала: 3 года заключения в лагере принудительных работ. Заключение в концентрационный лагерь, устроенный в Московском Ново-Спасском монастыре. Взаимоотношения в камере. Условия содержания заключенных. Голод. Получение посылок от друзей. Выступление против произвола и воровства коменданта. Приход инспекторской рабоче-крестьянской комиссии. Увольнение коменданта. Работа по организации тюремной школы, чтение лекций. Ведение дневника. Нелегальная передача записей домой. Отправка на принудительные работы машинисткой в город. Вызов для беседы к А.М. Коллонтай.
1921. — Амнистия. Освобождение. Возвращение в Ясную Поляну. Работа по спасению усадьбы от разрушения. Встречи с М.И. Калининым.
1921, июнь. — Рассмотрение вопроса о Ясной Поляне на заседании Президиума ВЦИКа. Принятие декрета о сохранении и восстановлении усадьбы Ясная Поляна. Назначение А.Л. Толстой хранителем музея. Научная, просветительская, педагогическая деятельность. Работа по превращению Ясной Поляны в культурно-просветительский центр, проникнутый толстовскими идеалами.
Прием у Сталина по вопросам финансирования толстовских учреждений. Обещание помощи.
Ходатайства перед ГПУ за репрессированных представителей интеллигенции. Вмешательство государственных органов в работу сотрудников Ясной Поляны. Введение в школе и музее усадьбы антирелигиозной и коммунистической пропаганды. Контроль партийных органов за соблюдением партийной линии в работе усадьбы и музея. Хлопоты А.Л. Толстой о получении заграничного паспорта и отъезде за границу. Написание книги «Уход Л.Н. Толстого».
1929. — Встреча с А.В. Луначарским. Получение разрешения на поездку в Японию для чтения лекций. Эмиграция.
1931. — Жизнь и работа в США. Опубликование в парижском журнале «Современные записки» очерков «Из воспоминаний». Чтение лекций о жизни и творчестве Л.Н. Толстого. Пропаганда его учения.
1939. — Основание Толстовского фонда. Благотворительная деятельность по оказанию помощи русским беженцам. Строительство интерната для престарелых, больницы, детского дома, церкви, библиотеки. Открытие филиалов Толстовского фонда в Западной Европе, на Ближнем Востоке, в Южной Африке. Написание и опубликование книг «Отец. Жизнь Льва Толстого» (1953) и «Дочь» (1979).
1979, 26 сентября. — Скончалась на своей ферме в Вэлли-Коттедж (графство Рокленд, штат Нью-Йорк). Погребена на кладбище Ново-Дивеевского монастыря, Спринг Валли, штат Нью-Йорк, США.

Краткая библиография:

Толстая А.Л. Проблески во тьме. — М.: Патриот, 1991. — 118 с.

Толстая А.Л. Дочь. – Лондон; Онтарио: Заря, 1979. – 511 с.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Solve : *
5 ⁄ 5 =