Посмертная судьба грешников

Посмертная судьба грешников

Гололоб Г.А.

По вопросу о характере окончательного Божьего суда в христианстве выработалось две позиции, равно неудовлетворяющие человеческое сознание: учение о «вечных муках» и аннигиляционизм (от лат. annihilatio — «полное уничтожение»), т.е. учение об окончательном уничтожении грешников в аду. В отличие от первого последнее учение имеет много текстуальных подтверждений, но не существует полной уверенности в необходимости их буквального понимания. Хотя сами его последователи считают буквальный подход к пониманию Писания сильной стороной своей позиции, использование его имеет библейские ограничения, которые вполне могут относиться  к данной теме.

Честно говоря, в учении о «вечных муках» имеется больше текстуальных проблем, чем в иннигиляционизме. На этот существенный пробел в нем указывал Ф.Ф. Брюс: «Новый Завет дает на этот вопрос гораздо менее явный ответ, чем это часто предполагается». Учение о вечных мучениях на самом деле опирается только на четыре текста: Мф. 18:34-35, Мк. 9:43-48, Откр. 14:10-11 и Откр. 20:10. И здесь выглядят наиболее авторитетными лишь два последних, но они снова-таки использованы в книге пророческого жанра, изобилующей метафорами. Удивляет тот факт, что судьба грешников в аду описана в противоречивых категориях (мгла, огонь), что указывает на их иносказательный характер.

Получается, нельзя положиться ни на одну из них, так что данное обстоятельство побуждает нас искать новых путей объяснения окончательной судьбы не столько спасенных людей (что не вызывает никаких споров в богословской среде), сколько осужденных на т.н. «вечную погибель». Что скрывается за этим выражением? Имеет ли оно буквальный или иносказательный смысл? Как эти люди будут наказаны? Каковы будут их мучения и насколько длительными они будут? Что представляет собой «ад»: место уничтожения, изоляции или исправления? Ниже мы попытаемся ответить на эти сложные вопросы.

Символический характер аннигиляциионизма в Библии

Аннигиляционизм – это первое, что приходит нам в голову при чтении Священного Писания. Примерно в ста текстах Ветхого и Нового Заветов говорится об угрозе истребления грешников. Более всего таких текстов содержится в псалмах и пророчествах, но даже поверхностное знакомство с ними убеждает нас в том, что чаще всего они носят конкретно исторический характер. Кроме того, здесь нам важно понять ограниченность ветхозаветных свидетельств, согласно действующему во всем Священном Писании принципу «прогрессивности» Божественного Откровения. В этом плане свидетельство Ветхого Завета не является самодостаточным, поскольку имеет лишь развивающуюся, а не завершенную теологию, в том числе и по вопросу бессмертия человеческой души.

Но, прежде всего, Ветхий Завет, взятый сам по себе, не учитывает важность и исключительность самого Богоявления во Христе. В Ветхом Завете Бог ограничивал Свой гнев, ссылаясь на авторитет Своей воли (см. напр. Ис. 48:9), но лишь Новый Завет дает нам объяснение, как это вообще могло случиться. Теперь мы понимаем, что Божий гнев будет отлагаться, по крайней мере, по отношению к верующим людям до тех пор, пока будет действенна Жертва Иисуса Христа. Поэтому мы встречаем в Библии и такого рода свидетельства, в которых говорится о примате Божественного милосердия и основанной на нем возможности спасения всего мира: Ин. 1:29; 3:17; 12:32; 1 Ин. 2:2; Рим. 5:15, 18; 1 Кор. 15:18, 22; 2 Кор. 4:13; Εф. 1:10; Флп. 2:9-11; Кол. 1:19; 1 Тим. 2:4, 6; 4:10; Тит. 2:11; Откр. 14:6. Остается только один вопрос: если Бог был милостив к грехам верующих людей в ветхозаветный период, то остается ли этот принцип тем же по отношению также и ко всем другим грешникам?

В силу существования определенного развития Библейского Откровения, для нас наиболее важными являются новозаветные свидетельства, отмеченные употреблением еще в большей степени образного способа выражения. Здесь мы также встречаем свидетельства об уничтожении грешников: Mф. 3:12; 5:25; 10:28; 16, 25 (ср. Лк. 9:25; 17:23; Ин. 12:25); Лк. 9,:56; 13:1-5; 20:18, 35; Ин. 8:34-36, 51; 10:10, 27; 11:49, 50; Деян. 3:22-3; 8:20; 20:26; 2 Пет. 2:12; 1 Ин. 2:17; Иуд. 5, 7; Рим. 1:32; 2:6-7; 8:13; 1 Кор. 14; Гал. 6:8; 1 Тим. 6:9; Евр. 10:26-31; Откр. 2:7; 3:5; 21:8. Однако и здесь весь вопрос упирается в образный язык на этот раз уже новозаветных терминов, относящихся к описанию таких понятий, как «смерть» или «уничтожение».

Например, выражение «духовная смерть» даже в Новом Завете нельзя понимать в категориях смерти физической. Духовная смерть – это отделение от Бога, причем именно человеческое отделение от Бога, а не Божье от человека. Но это отделение может быть как временным, так и исправительным. По крайней мере, термин «смерть» не значит уничтожения в следующих текстах Нового Завета: Рим. 7:10-11, 13; Гал. 2:19; Еф. 2:1, 5; Кол. 2:13; Иак. 5:20; 1 Ин. 3:14; 1 Тим. 5:6. Пусть этих свидетельств немного, но они могут быть ключом для понимания всех остальных, касающихся данной темы, ведь такой способ выражения был общепринятым среди библейских авторов.

Наконец, нам трудно признать, что человеческое существо обладает только биологической жизнью, что предполагает иннигиляционный подход. Человек отличается от животного не степенью своей развитости, а исключительными качествами, позволяющими ему общаться с Богом. Хотя и животное имеют примитивные язык, инстинкты, эмоции и интеллект, но назвать его полноценной сознательной личностью мы не можем. Поэтому нам приходится признать наличие в природе человека сверхъестественного компонента, который в Священном Писании назван «образом Божьим» (Быт. 1:26). Мир же растений и животных представляет собой безличную форму существования жизни.

С животной природой Божественная не имеет столь глубокой связи, чтобы было оправдано как Боговоплощение, так и искупление Иисусом Христом всей твари. Как выразился С.Н. Булгаков, «Итак, человеку принадлежит, по божественному его происхождению, природное бессмертие. «Бог единый имеет бессмертие» (1 Тим. 6:16) в Себе, но человек имеет бессмертие в Боге» (Булгаков С.Н. Проблема «условного бессмертия» (Из введения в Эсхатологию) / Журнал «Путь», № 52, С. 21). Например, без свободы воли человек не мог бы не только согрешить, но и покаяться, а значит, не смог бы построить с Богом доверительные отношения.

Если же Господь создал человека для общения с Собой, тогда условием для этого должно быть наделение его не только моральные и религиозными качествами, но и трансцендентальными, непрекращающимися даже в вечности. Будь человек просто животным, в вечности его следовало подвергнуть такой трансформации, которая мало чего оставила бы от его прежней личности. Поэтому в его природе должно оставаться нечто, что не подвергается разложению даже грехом. И этим качеством является бессмертие человеческой души, в тайну которого проникли даже некоторые язычники. Но означает ли это то, что вечность души автоматически превратит грешников в «вечных» мучеников?

Символический характер библейских свидетельств о «вечности» адских мук

Традиционное учение о вечности адских мук вызывает много возражений морального плана, т.е. как со стороны справедливости, так и со стороны любви Бога. Иногда оно выглядит просто как мщение Бога за неудавшийся эксперимент по выращиванию праведников. Ему трудно объяснить, почему Божье долготерпение к грешнику заканчивается именно его физической смертью, когда его душа в действительности обладает бессмертием. Это побуждает нас более внимательно присмотреться к текстуальным свидетельствам, которые используют в свою защиту представители данного учения.

Выше мы уже упоминали четыре «основные» доказательства теории о вечности адских мучений: Мф. 18:34-35; Мк. 9:43-48; Откр. 14:10-11; 20:10. К ним можно добавить еще четыре: «И многие из спящих в прахе земли пробудятся, одни для жизни вечной, другие на вечное поругание и посрамление» (Дан. 12:2); «И пойдут сии в муку вечную, а праведники в жизнь вечную» (Мф. 25:46); «Кто будет хулить Духа Святаго, тому не будет прощения вовек, но подлежит он вечному осуждению» (Мк. 3:29); «Не познавшие Бога и не покоряющиеся благовествованию Господа нашего Иисуса Христа… подвергнутся наказанию, вечной погибели» (2 Фес. 1:8-9).Теперь нам пора познакомимся с ними поближе.

Первый из этих текстов – Мф. 18:34 — для подтверждения идеи о вечном наказании Божьем опирается на богословскую предпосылку о бесконечной вине грешника, что само по себе является довольно проблематичным толкованием. И хотя Иисус использовал образ огромного долга грешника, все же тот не был бесконечным. Кроме того, выражение «пока не отдаст ему всего долга» соответствует больше идее исправительного наказания, чем вечного (см. также Мф. 5:25-26). Еще одна проблема в данном толковании – Иисус использует иллюстрацию, обычно ограничивающую полноту библейской истины.

Более интересен второй текст — Мк. 9:43-48. Здесь центральной фразой является следующая: «где червь их не умирает и огонь не угасает». Но такими словами описана здесь «геенна», или долина Генном, в которой евреи сжигали различные нечистоты. Почему Иисус уподобил ей посмертное состояние грешника? Потому что, в геенну отправляли тела умерших нечестивцев, не удостоившихся погребения. Поэтому Христос как бы говорит здесь: «Если вы будете соблазнять других людей, ваша посмертная участь будет подобна этой». Получается, неугасимость огня или вечность геенны является только корпоративной, а значит лишь исторической реальностью. Но в таком случае, какое это имеет отношение к земным червям и огню? Как и в случае с «тьмой кромешной», червь плохо уживается с огнем. Как же тогда нам понять эти образы? Только как выражение понятия «мучение», но каков его характер — нам трудно сказать, основываясь только на этой аналогии.

Текст Откр. 14:11 следует признать самым сильным для представления о вечности адских мук, поскольку в нем говорится о том, что «дым мучения их будет восходить во веки веков» (см. также слово «мучим» в ст. 10). Как и в остальных случаях здесь идет речь о наказании грешников, но о каком – исправительном или осуждающем? Если слово «век» понимать как «бесконечность», тогда оно может быть названо только осуждающим наказанием, а если слово «век» имеет буквальное свое значение (т.е. «неопределенно долгий период времени»), тогда данное наказание может быть исправительным по своему характеру. Правда, здесь упоминается целый ряд таких «веков», но и он означает какое-то конечное их число.

Не менее важным выглядит текст Откр. 20:10, говорящий: «А диавол, прельщавший их, ввержен в озеро огненное и серное, где зверь и лжепророк, и будут мучиться день и ночь во веки веков». Здесь у нас появляется образ «озера огненного», в котором будет «мучение» снова длительностью «во веки веков». «Озеро» – это собрание вод, которого в любом виде боялся каждый еврей. Образы «огня и серы» являются аллюзией на суд Божий, имевший место над Содомом и Гоморрой (см. Втор. 29:23). Мучение от огня – это, пожалуй, единственное, что приходит нам в голову при чтении этого отрывка Писания. И все было бы хорошо, если бы не сам жанр данной книги, использующий образный язык.

Текст Дан. 12:2 говорит о «вечном посрамлении», но ничего не говорит о муках. Тексту Мф. 25:46 уделяют много внимания по той причине, что в нем «вечные муки» грешников противопоставляются «вечной жизни» праведников. Но выражение «вечные муки» может указывать не на время, а на качество страданий, как и фраза «вечная жизнь» — на качество новой жизни. Обе эти вечности могут относиться к одному и тому же «веку» именно в этом смысле. Текст Мк. 3:29 говорит лишь о «вечном осуждении», что можно понимать как «осуждение этого века». Евангелист Матфей, правда, уточняет, что их будет два. Подобным же образом говорит о «вечной погибели» текст 2 Фес. 1:8-9, но употребление этих двух слов вместе может быть понято только в том случае, если слово «вечность» описывает здесь не длительность времени, а качество посмертного состояния грешников. Иными словами, вечно можно мучиться, но не погибать. Впрочем, под загробными муками можно понимать угрызения совести.

Как отметил в своем исследовании текста Откр. 14:11 Ральф Баулз, «трудно избежать вывода о том, что теория вечных мучений стоит на очень узкой экзегетической основе, и что тексты, которые управляют моделью интерпретации, немногочисленны и исходят из символического мира библейских книг» (см. Ralph G. Bowles Does Revelation 14:11 Teach Eternal Torment? Examining a Proof-text on Hell / Evangelical Quarterly, 73:1 (2001), РР. 21-36). Впрочем, является неудовлетворительным и собственный иннигиляционизм этого автора: «вечным» можно назвать скорее «мучение», чем «истребление». Действительно, «истребление» может быть полным или неполным, скорым или медленным, но не «вечным» в обычном понимании этого слова. «Вечно истреблять» не позволяют нам ни наличный опыт, ни логика мышления.

Попытка альтернативной интерпретации обеих видов библейских свидетельств

Выше мы упомянули о том, что существует альтернативная возможность понимания последнего Божьего суда над грешниками и характер их «вечного» наказания. При этом она опирается на нижеследующие предпосылки:

  1. Конечное наказание грешников может иметь исправительный, а не осуждающий характер (Ис. 48:9; Евр. 12:3-13);
  2. Мучение грешников в аду (как и в т.н. «переходном состоянии» каждого из них) может быть «огненными» или «судящими» муками совести (Ин. 8:9; 1 Кор. 10:29; 1 Тим 4:2);
  3. Слово «вечный» может означать «относящийся к этому веку», т.е. может иметь конечную величину во времени, указывая не на длительность, а на качество жизни (ср. 1 Ин. 3:15);
  4. Термин «уничтожение» врагов может быть понят как их переубеждение, устыжение и раскаяние, осуществленные мечом Слова Божьего (Ис. 11:4-9; 45:25; Иез. 43:11);
  5. Поскольку такое же употребление меча Слова Божьего ожидается на Последнем суде у Белого престола, следует предположить наличие там того же переубеждающего эффекта (Откр. 2:16; 19:21).

Нам могут возразить, что основной целью употребления Богом Своего меча (т.е. Слова Божьего) было обличить грех, но не исправить грешника, однако такое положение вещей было присуще скорее Ветхому Завету, чем Новому. Обличение греха без предоставления возможности исправления является слишком жестоким поведением Бога по отношению к согрешившему и не отвечает библейским данным. «Не хочу смерти грешника» (Иез. 33:11); «Ибо это хорошо и угодно Спасителю нашему Богу, Который хочет, чтобы все люди спаслись и достигли познания истины» (1 Тим. 2:3-4). Поэтому Слово Божье не оставляет нам выбора в этом вопросе: целью обличения является, по крайней мере, раскаяние грешника, которого вместе с верой в Божье милосердие вполне достаточно для его спасения.

У нас имеются некоторые доказательства возможности существования двух способов применения к грешникам одного и того же пути спасения: непосредственно через веру и опосредовано через наказание, ведущее к покаянию. Содержатся они в следующих текстах Писания:

  1. «Итак, кто нарушит одну из заповедей сих малейших и научит так людей, тот малейшим наречется в Царстве Небесном; а кто сотворит и научит, тот великим наречется в Царстве Небесном» (Мф. 5:19). Очевидно, что нарушивший одну из заповедей Христа будет спасен, но не по вере в Голгофскую Жертву, а через исправительное наказание.
  2. «Мирись с соперником твоим скорее, пока ты еще на пути с ним, чтобы соперник не отдал тебя судье, а судья не отдал бы тебя слуге, и не ввергли бы тебя в темницу; истинно говорю тебе: ты не выйдешь оттуда, пока не отдашь до последнего кодранта» (Мф. 5:25,26). Здесь также идет речь о возможности спасения непослушного Богу человека через возможность перенесения исправительного наказания.
  3. «А как он не имел, чем заплатить, то государь его приказал продать его, и жену его, и детей, и все, что он имел, и заплатить… И, разгневавшись, государь его отдал его истязателям, пока не отдаст ему всего долга» (Мф. 18:25, 34). Здесь также допускается возможность спасения грешника через перенесение им исправительного наказания, адекватного его вине.

Особо следует поговорить о фигуральном смысле текста Откр. 14:11 – самого сильного свидетельства в пользу учения о «вечных муках» (см. также Откр. 18:18 и 19:3 – все три ссылки описывают Божий суд, происходящий над «Вавилоном» (т.е. нечестивым Иерусалимом), а не над всем человечеством; см. также текст Откр. 20:10, говорящий о суде над самим сатаной). Ниже мы покажем, что данное описание суда Божьего придерживается особой библейской символики:

А) Суд Бога посредством излития огня и серы – это отсылка к известному символу наказания Богом Содома и Гоморры (Быт. 19:23,28; Втор. 29:23; Иов. 18:15-17; Ис. 30:27-33; 34:9-11; Иез. 38:22). Библейский образ суда посредством огня и серы — это аллегорическая картина, изображающая мучения совести.

Б) «Дым их мучений», который восходит во веки веков, — это аллюзия на тот дым, который Авраам увидел поднимающимся от Содома (Быт. 19:28). Выражение «во веки веков» является образом необратимости Божьего наказания для неопределенного ряда «веков», что видно также и в тексте Ис. 34:10, где Исаия говорит, что «дым его поднимается навеки». Муки не могут дымить, как и дым быть мучительным. Идее вечного уничтожения больше соответствовал бы образ пепла, чем дыма. В то же самое время карающий «меч» Господа может означать Его Слово (см. Ис. 11:4).

В) Выражение «не имеют покоя днем и ночью» указывает на продолжительность мучений совести, относящуюся к определенной череде «веков», возможно только двух из них. Если бы это была «вечность», понимаемая в смысле бесконечности, тогда в данном и других подобным ему текстах было бы употреблено более сильное слово «навсегда» или «во все веки».

Следует признать, что учение о конечном наказании в аду исповедовали многие отцы Церкви – сторонники идеи универсализма. Помимо Оригена мысль о конечности адских мучений присутствовала у Дидима Слепца, Григория Нисского, Евагрия Понтийского, Феодора Мопсуестийского, Диодора Тарсийского, Немесия Эмесского, Исаака Сирина и Силуана Афонского. И впервые это учение было осуждено лишь в пятом веке. В наиболее четкой форме это осуждение прозвучало на Поместном Константинопольском Соборе 543 года: «Кто говорит или думает, что наказание демонов и нечестивых людей временно и что после некоторого времени оно будет иметь конец или что будет после восстановление демонов и нечестивых людей, – да будет анафема» (9-й анафематизм, направленный против оригенистов). Согласно протестантским убеждениям, к этому времени в Раннюю Церковь прокралось уже большое число различных злоупотреблений и ошибочных мнений.

«Что же касается Константинопольского Собора 543 года и V Вселенского Собора, на которых был осужден оригенизм, то весьма показательно, что, хотя учение Григория Нисского о всеобщем спасении было хорошо известно отцам обоих Соборов, его не отождествили с оригенизмом. Отцы Соборов сознавали, что существует еретическое понимание всеобщего спасения (оригенистический апокатастасис, “находящийся в связи” с идеей предсуществования душ), но существует и его православное понимание, основанное на 1 Кор. 15:24-28» (Иларион (Алфеев) иеромонах. Мир Исаака Сирина. М., 1998, С. 308).

Василий Великий писал, что до падения Адама возможность покаяния была даже у диавола (Василий Великий, святитель. Творения. М., 1993. Т. 2. С. 321). Но что же изменилось после этого падения? Кроме того, уже у Антония Великого мы обнаруживаем чин покаяния для бесов. Хорошо известен рассказ древнего Патерика об иноке, которому явился ангел, держа в руках душу осужденного им брата, и спросил: «В какую часть ада прикажешь мне его бросить?», после чего инок, раскаявшись, воскликнул: «Господи, прости мне и ему!» Бог не желает смерти грешника. Разумеется, не может желать ничьей погибели любой христианин. Как же этим может удовлетвориться Бог?

Учение о всеобщем восстановлении (греч. «апокатастасис») обрело второе дыхание в среде православных теологов русской эмиграции (см. софиология Сергея Булгакова, Павла Флоренского, Льва Карсавина и других). Так, «Православный катехизис» под названием «Жив Бог», изданный членами парижского православного братства в 1979 году, заявил о том, что «педагогика устрашения и ужаса… загораживает вход в Церковь многим из тех, кто ищет Бога любви» (Жив Бог. Христианский катехизис. Лондон. 1990. С. 426). Эти идеи нашли отклик в среде русских православных священников Александра Меня, Григория Кочеткова, Алексея Осипова и других (см. напр. Георгий Кочетков, священник. В начале было Слово. Катехизис для просвещаемых. М., 1999. С. 421).

Против учения о вечных мучениях грешников в аду свидетельствует непрекращающийся характер Божьей любви, как написано: «любовь… никогда не перестает» (1 Кор. 13:8). Да, «Бог есть любовь» (1 Ин. 4:16) и любовь эта однажды «будет… все во всем» (1 Кор. 15:28). В Божьей природе «милость превозносится над судом» (Иак. 2:13). Впрочем, это вовсе не означает того, что у любви нет собственных условий для осуществления спасения грешника. Весь вопрос упирается не в сомнительность Божьей любви, а в решение самого человека. Однако последнему трудно противостать ее доказательствам, которые будут предоставлены ему на Последнем суде у Белого престола.

Конечно, представлению о временном характере адских мук противоречит свобода воли человека, но последнюю нельзя назвать абсолютным произволом. Как говорил С. Булгаков, «парадокс тварной свободы в том именно и состоит, что она, будучи тварною в своей прикрепленности к данности бытия, несет в себе самосознание и нетварности, самополагания и от него не может быть отрешено без разлагающего, онтологического самопротиворечия» (Булгаков С.Н. Проблема «условного бессмертия» (Из введения в Эсхатологию) / Журнал «Путь», № 53, С. 11-12). Свобода воли человека ищет себе успокоения в рациональных доводах и эмоциональной симпатии, которые ограничивают ее первоначальный и незрелый произвол. Это значит, что человек не может совершить с собой суицид просто так, без каких-либо оснований.

Следует отметить отличие данного мнения, которое можно назвать учением об «условном универсализме», от обычных теорий универсализма. Если на Последнем суде записанные в книгу жизни будут спасены сразу, то подвергнутые «вечному» наказанию – только после перенесения ими исправительных мучений, вероятнее всего, мук совести. При этом условием попадания людей в исправительный «ад» будет их раскаяние, которое осуществится на Последнем суде у Белого престола без какого-либо насилия над их совестью. Хотя сам текст книги Откровение говорит об этом образным языком, в Ветхом Завете (см. Ис. 11:4) мы находим ключ к этому пониманию.

При этом важно отметить, что новозаветные условия спасения (вера и покаяние) сохранят свою силу даже на Последнем суде, но всеобщее покаяние сделает «ад» местом спасительного исправления, а не окончательного осуждения. Говоря об «исправлении» грешников, мы понимаем не потустороннюю отработку ими своей вины при помощи совершения добрых дел, а возрастание запоздалых веры и покаяния до их полной зрелости. Иными словами, адские муки позволят грешникам «доработать» не свои дела, а лишь свою веру и покаяние. Поскольку спасение осуществляется одним и тем же путем – через веру и покаяние в Искупительную Жертву Иисуса Христа, неоправданно называть данное мнение теорией о «двух путях спасения».

Многих людей всегда беспокоил вопрос о посмертной судьбе таких категорий лиц, как умершие младенцы и умалишенные люди. Данная теория легко справляется с этой проблемой: именно на Последнем суде такие лица будут иметь возможность сделать свой сознательный выбор, обладая полной способностью верить и каяться даже в своих несознательных грехах. Это означает, что Бог действительно справится со всеми проблемами, которые мы – Его творение – для Него создали. И при всем этом Он сохранит максимум уважения к свободе выбора человека, что выгодно отличает теорию «условного универсализма» от других вариантов универсализма.

Заключение

Мы рассмотрели три подхода к пониманию окончательного Божьего суда и вечной участи осужденных на нем грешников. Мы оценили как сильные, так и слабые стороны всех существующих ныне теорий. На наш взгляд, наибольшими преимуществами и наименьшими проблемами следует отметить теорию об исправительном наказании грешников в аду, которая, с одной стороны, признает бессмертное существование души человека, с другой – временный характер «адских» мучений, под которыми она понимает мучения совести. Что касается многочисленных указаний Библии на уничтожение или гибель грешников, то образный язык пророков позволяет нам видеть в нем переубеждение грешников мечом Слова Божьего, употребленном в последний раз на Божьем суде у Белого престола.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Solve : *
4 + 17 =